Мой дорогой Клейн, я готов встретиться и побеседовать с тобой, как только освобожусь от ряда более важных дел. Пожалуйста, подожди вызова от меня.

Тьюз.

Он спокойно уснул ночью, уверенный, что смог своевременно занять твердую позицию.

Но на следующий день его ожидало новое бедствие. Оно появилось в стальном сверкании металла в утреннем небе Линна. Три сотни космических кораблей устремились на город. Они приземлились у всех городских ворот и главных воинских казарм. С каждого корабля высадилось двести головорезов странного вида.

— Шестьдесят тысяч солдат! — воскликнул Великий Советник Тьюз после изучения первых сообщений. Он отдал распоряжение о защите дворца и послал почтового голубя в военный лагерь, расположенный в окрестностях столицы. В лагере были расквартированы три легиона, и Тьюз приказал двум из них остановить противника, как только они будут готовы к действиям. После этого, бледный, но спокойный, он уселся около окна, через которое открывался вид на обширные просторы города, и стал наблюдать за разворачивающимся спектаклем.

Все было смутным и нереальным. Большинство вражеских кораблей заслоняло огромное здание имперского суда. Другие, те, что он мог рассмотреть, выглядели покинутыми и безжизненными. Было трудно уловить, какое яростное сражение кипело сейчас возле них. Около девяти часов прибыло тревожное послание от Сиятельной Лидии Линн:

Дорогой сын!

Какие новости? Кто напал на нас?

Это ограниченное вторжение или нападение в масштабах всей Империи? Имеешь ли ты связь с Клейном?

Л.

Первого пленного доставили, когда Тьюз уже был раздражен до крайнего предела. Вспомогательные войска еще не прибыли, и ситуация продолжала оставаться неясной. Пленный, бородатый гигант, надменно сообщил, что он происходит с Европы, спутника Юпитера, и не боится ни человека, ни дьявола, ни бога. Мощное сложение этого варвара и его очевидная храбрость поразили Тьюза. Однако его наивные взгляды на жизнь вселяли некоторые надежды. Следующие пленные были такими же и по внешнему виду, и по умственному развитию. Итак, незадолго до полудня Тьюз имел довольно ясную картину событий.